Притчи

Говорили, что некий старец провёл пятьдесят лет в великом воздержании, не употребляя вовсе хлеба и употребляя воду в самом умеренном количестве. Этот старец говорил: «Я умертвил в себе страсть блуда, сребролюбия и тщеславия». Услышав такое, авва Авраам пришёл к нему и спросил его:

— Говорил ли ты то и то?

Старец отвечал:

— Говорил.

Авва Авраам сказал на это:

— Вот ты входишь в хижину твою и находишь на постели твоей женщину. Можешь ли ты не подумать, что это женщина?

— Нет! Но я борюсь с помыслом, чтобы не прикоснуться к ней.

Жил в некоем монастыре нерадивый монах: он часто опаздывал к службе, огорчал этим братьев и вынуждал гневаться игумена. Иноки роптали и даже просили настоятеля изгнать его.

И вот этот монах заболел, болезнь усиливалась, и он уже приближался к смерти. Огорчены были братья, что погибнет душа несчастного. Собрались они у одра его, чтобы облегчить предсмертные страдания своей молитвой, но что же видят они? Этот монах умирал смертью праведника. Лицо его выражало спокойствие и радость.

Когда он немного очнулся, братия спросили:

Однажды магометанские или сарацинские учёные спросили святого Кирилла, брата святого Мефодия, кои братья были просветителями славян и изобретателями славянской азбуки — кириллицы:

— Как вы, христиане, единого Бога разделяете на три Бога? У вас есть Отец, Сын и Дух Святой?

Пришел некто в пустыню поохотиться на диких зверей и застал авву Антония, когда тот говорил братии речи шутливые, и подумал о нём нехорошо.

А старец, желая изъяснить ему, что иногда братии должно быть оказано снисхождение, говорит ему:

– Положи-ка стрелу на лук твой и напрягай тетиву.

Тот сделал по слову его. Старец опять говорит:

- Ещё напрягай!

Тот напрягает вовсю, а старец снова за своё:

– Напрягай!

Отвечает ему охотник:

Как-то два инока пришли к авве Иосифу с просьбой объяснить, лучше ли им с радостью принимать посещающих их братьев или не выражать этой радости. Они не успели ещё открыть рта, чтобы изложить ему своё затруднение, как он предупредил их вопрос и вошёл в свою келью. Там покрылся старым рубищем и прошёлся между ними в таком одеянии, не говоря ни слова.

Затем он снял с себя рубище, надел хорошую одежду, которую употреблял в праздничные дни, и снова прошёлся между ними. Наконец, он оделся, как одевался постоянно, и сел с ними.

Один брат попросил авву Аммона:

– Скажи мне что-нибудь в наставление.

Старец ответил:

– Стяжай такие помышления, какие имеют преступники, заключённые в темнице. Они постоянно осведомляются: «Где судья? когда придёт?» и от отчаяния – плачут. Так и монах непрестанно должен внимать себе и обличать свою душу, говоря: «Горе мне! Как предстану я на суд пред Христа? Что буду отвечать Ему?» Если будешь непрестанно занимать себя помышлениями, то спасёшься.

Однажды к одному старцу, живущему отшельником в египетской пустыне, принесли маленькое дитя, чтобы получить благословение на воспитание в отеческой вере.

И задали вопрос старцу:

— Авва! Скажи нам слово — как правильно воспитать дитя в православной вере?

— Каков же возраст дитяти? — спросил старец.

— Восемь месяцев, — получил он ответ.

— Вы опоздали на восемь месяцев, — просто ответил авва пришедшим.

Слушай, сын мой, наставление отца твоего и не отвергай завета матери твоей (Притч.1:8)

Один из тогдашних мудрецов явился к праведному Антонию и спросил его:

– Отче, как ты можешь быть счастлив, будучи лишён утешения, подаваемого книгами?

Антоний ответил:

– Моя книга – это природа сущего, и когда хочу читать Слово Божие, эта книга всегда передо мной.

— Отче! — обратился новичок к отцу-настоятелю. — Мое сердце наполнено любовью к миру, и оно очищено от искушений дьявола. Каким будет следующий шаг?

Священник попросил ученика сходить вместе с ним к больному человеку, который нуждался в исповеди. После того как священник утешил семью, он обратил внимание на сундук в углу комнаты.

— Что находится в этом сундуке? — спросил он.

Однажды монахи разговаривали о смирении. Один из знатных граждан города Газы, слыша слова, что чем более кто приближается к Богу, тем более видит себя грешным, удивлялся и говорил:

— Как это может быть?

И, не понимая, хотел узнать, что значат эти слова. Один монах сказал ему:

— Именитый господин, скажи мне, кем ты считаешь себя в своём городе?

Он отвечал:

— Считаю себя великим и первым в городе.

— Если же ты пойдешь в Кесарию, то кем будешь считать себя там?

— Последним из тамошних вельмож.