Вопрос: «Я, батюшка, теперь начинаю бояться мира…». Ответ: «Это ничего. Это спасительный страх. Вы ушли от этого ужасного чудовища — мира, и Бог даст, совсем отойдете от него. Один раз я видел сон. Иду будто бы я по лесу и вижу: лежит бревно. Я спокойно сажусь на него и вдруг чувствую, что бревно шевелится. Я вскочил и вижу, что это огромный змей. Я скорее бежать. Выбегаю из леса, оборачиваюсь и вижу, что весь лес горит и вокруг него, кольцом охватывая его, лежит змей… „Слава Тебе, Господи, что я убежал из леса, что бы со мной было, если бы я остался в лесу!“ И сон этот был для меня непонятен. Потом мне один схимник растолковал этот сон. Лес — это мир. В миру грешат и не чувствуют, не сознают, что грешат. В миру и гордыня, и лесть, и блуд, и воровство, и все пороки. Да и я жил так и не думал о том. Вдруг я увидел, что если так продолжать жить, пожалуй, погибнешь, ибо за гробом жизнь или благая для благих, или вечная ужасная мука для грешных. Я увидел, что чудище шевелится, что опасно на нем сидеть. И вот когда я отошел от мира и смотрю на него из монастыря, то вижу, что весь мир горит в своих страстях. Это то „огненное запаление“, про которое говорится в Великом каноне Андрея Критского».